Планета под названием Евгений Гришковец занимает совершенно отдельное место в нашей театральной солнечной системе. Пожалуй, это планета наиболее приближенная к солнцу — его странные м пространные монологи светлы, печальны, и, несмотря на явные приметы сегодняшнего дня, существуют вне времени и пространства. Гришковец не стесняется говорить о вещах глубоко интимных и сентиментальных — одним из важнейших тайн театра — искусством публичного одиночества он владеет в совершенстве. Гришковец весь состоит из противоречий — он не москвич, из Кемерова, но в нем нет ни капли провинциальности. По образованию он филолог, но тексты его лишены литературщины и фальшивого пафоса. Он никогда не работал в профессиональном театре, но актерские навыки выдают в нем абсолютного профессионала. Он невысок, некрасив и близорук — но обладает уникальным магнетическим обаянием, тем, что сводит с ума женщин. Он умеет превращать банальности в абсолютные откровения, владеет языком интимного дневника, того, что пишется не для сторонних глаз, и уж тем более не для публикации. Тексты его пестрят многоточиями, фразы обрываются внезапно, так дурацкие нелепые мысли лезут к нам в голову в минуты засыпания, лезут, толкаются, вырываясь из уставшей от дневной суеты головы. ...